Manifold Geometry // Многообразная Геометрия

Qui sait или злобно про этот твой скрум

/ Просмотров: 1308
line = Handle(Geom_Line)::DownCast(line); // qui sait

Quelqu’un a dit sagacement que les mathématiciens purs utilisent les méthodes correctes pour résoudre les problèmes qu’ils peuvent résoudre. Tandis que les mathématiciens appliqués apparemment résolvent comme ils savent les problèmes posés pratiques. Il est évident que les mathématiques pures ne portent pas de fruits sans application pratique, et beaucoup de scientifiques tombent dans ce piège, par exemple Lev S. Pontriaguine qui s’est posé la question : «A quoi sert mon travail ?» L’histoire de Pontriaguine a eu une fin heureuse surtout grâce à l’énergie d’Alexandre A. Andronov qui a su orienter le talent d’un jeune scientifique vers l’application pratique.

Je ne prétends pas faire une découverte sociologique mais je peux imaginer le processus de développement des bureaux d’études. Prenons l'exemple de l’Institut Inria et la société Distene issue d’Inria avec son fameux générateur de maillages MeshGems. Ici on assiste à la transition de la recherche fondamentale au produit appliqué. En effet, rien de nouveau. La transition d’une recherche théorique à un produit pratique est un processus normal et la situation inverse quand une étude reste purement théorique doit être considérée anormale. Il en va de même pour nos noyaux de modélisation géométrique favoris. Ils ont tous des racines académiques. Si je termine ici le lecteur restera perplexe et se posera la question pourquoi parle-t-on de tout ça et pourquoi l’auteur dit-il des banalités de manière solennelle ?

En fait, la partie la plus intéressante survient plus tard. Les entreprises vieillissent de la même façon que les personnes. Ce qui était autrefois une chaire chaleureuse ou un bureau d’études prolifique devient rigide, se dégrade et s’effondre. Le malade est vivant mais est en train de mourir — c'est le moment où ils arrivent. La cérémonie de résurrection commence avec l’introduction des pratiques agiles, l’invitation d’un scrum master et l’acquisition d’un nouveau logiciel pour l’automatisation de la paperasse. Les experts restants tordent les doigts aux temples et se dispersent peu à peu, tandis que le bureau d’études se transforme, lentement mais sûrement, en une entreprise de logiciel médiocre. L’inversion de priorité se produit et une tâche secondaire devient une priorité parce qu’elle est précise et atteignable tandis que les tâches fondamentales manquent de clarté et tangibilité. Telle est la fin regrettable.


Какой-то умный человек однажды сказал, что чистые математики решают правильными методами те задачи, которые могут. Прикладные же математики, дескать, решают нужные задачи так, как умеют. Понятно, что без прикладного применения чистая математика бесплодна, и в этот капкан угодило немало ученых, взять хотя бы Л. С. Понтрягина с его "для чего нужно все это, всё то, что я делаю?". В случае с Понтрягиным история имела счастливый конец, во многом благодаря энергичности Александра Александровича Андронова, направившего математический талант молодого ученого в прикладное русло.

Не претендуя на социологическое открытие, выдвину предположение о том, как развиваются инженерные бюро. Возьмем хотя бы институт Inria, из которого отпочковалась компания Distene с ее знаменитым генератором сеток MeshGems. Здесь мы наблюдаем переход от фундаментального исследования к прикладному продукту. Ничего нового, вообще-то. Переход от академии к индустрии — нормальный процесс и ненормальной следовало бы считать скорее противоположную картину, когда исследование не покидает академических стен. То же самое творится с нашими любимыми геометрическими ядрами. Какое ни возьми, всюду обнаружатся академические корни. Закруглись я здесь, читатель останется в недоумении, по случаю чего мы вообще собрались и чего это у докладчика такой торжественный вид при сообщении столь вопиющих банальностей?

Так вот, самое интересное происходит потом. Стареют люди, стареют компании. То, что начиналось как уютная кафедра или инженерное бюро, костенеет, дряхлеет и рассыпается. Пациент еще жив, но уже скорее мертв, и вот тогда приходят ОНИ. Воскрешающий шабаш начинается с внедрения стандартов гибкой разработки, приглашения скрум-мастера и закупок нового ПО для автоматического бумажкоперекладывания. Оставшиеся спецы при этом крутят у виска и постепенно расточаются, а инженерное бюро медленно но верно превращается в среднепаршивую программистскую контору. Происходит инверсия приоритетов, и второстепенное становится главным, потому что оно понятно, а фундаментальщина — нет. Таков печальный итог. Одной Коммерческой Компании в том числе.